ВОЙСКА НКВД. Элита из элит

Опубликовано: 25.09.2014 Автор: mifov.net в рубрике Война против СССР

ВОЙСКА НКВД. Элита из элит

В истории СССР не было ни одного случая присвоения гвардейского звания частям внутренних и пограничных войск (последние подчинялись Народному комиссариату внутренних дел). Объясняется это тем, что Иосиф Виссарионович Сталин войска НКВД уважал и доверял им гораздо больше, чем «обычной» Красной Армии. Великий вождь как-то отклонил предложение о предоставлении гвардейских регалий некоторым частям НКВД, отметив: «Чекисты у нас и так есть гвардейцы».

Таким образом, советская гвардия имела лишь соответствующее название, а статус доверенной стражи, элиты принадлежал войскам НКВД. Солдаты в васильковых и зеленых фуражках во время Великой Отечественной часто выполняли еще одно действительно гвардейское задание — роль последнего резерва. Без тяжелого оружия, но сильные жесткой дисциплиной и особыми традициями, полки и дивизии НКВД закрывали прорывы линии фронта и стояли насмерть, ни разу не отступив без приказа и не капитулировав перед врагом. Об этом нам напоминают строки поэта Михаила Владимова:

Где линию фронта кромсало,
Навстречу смертельной беде
Верховная ставка бросала
Дивизии НКВД.
Враг знал, что чекисты дерутся ,
НЕ Требуя смен и замен,
И в плен никогда не сдаются,
Считая предательством плен…

Уже в самом начале войны в Брестской крепости оборону два месяца держали пограничники и 132-й отдельный батальон конвойных войск НКВД СССР. В советское время все помнили надпись одного из защитников Брестской крепости: «Умираю, но не сдаюсь! Прощай Родина! 20.VII.41г.», но мало кто знал, что она была сделана на стене казармы 132-го отдельного батальона конвойных войск НКВД СССР.

Изучая историю Сталинградской битвы, невозможно обойти виниманием подвиг чекистов 10-й дивизии войск НКВД, 91-го полка по охране ж/д, пограничных полков по охране тыла, 249-го конвойного полка, 178 полка по охране важных объектов, Управление НКВД по Сталинградской области. Особо хочу напомнить о подвиге группы капитана госбезопасности Ивана Тимофеевича Петракова, спасшей Сталинград в решающий момент битвы. Всего 90 человек — два неполных взвода бойцов 10-й дивизии ВВ НКВД, работники областного Управления НКВД, городские милиционеры и даже пятеро пожарных помешали фашистам полностью захватить Сталинград 13-го сентября 1942 года. В официальной истории это звучит так: «обеспечили переправу подразделений 13-й Гвардейской дивизии»… В последнй момент, на последнем рубеже, 90 человек остановили целую армию которая захватила всю Европу и половину России!!! К нашему стыду мы обо всем этом забыли! Если быть точным о подвигах чекистов нам помогли забыть!!! Этот процесс начался со времени правления Хрущева, а при Горбачеве и Ельцине принял невиданный размах и новые формы. Логика его проста — если противника нельзя победить, то его нужно очернить и оклеветать… А чекситсты без сомненья были верными сынами Родины! Поэтому с легкой руки «демократов» возник один из самых известных «чёрных мифов» Великой Отечественной войны — это сказка о «кровавых» чекистах (особистах, энкавэдэшниках, смершевцах). Они в особой чести у кинематографистов. Мало кого подвергли такой масштабной критике, унижению, как чекистов. Основная часть населения получает о них информацию только через попкультуру, художественные произведения и в первую очередь через кино. Мало какой фильм «о войне» обходится без образа трусливого и жестокого особиста, выбивающего зубы у честных офицеров-красноармейцев. Это практически обязательный номер программы — показать какого-нибудь негодяя из НКВД, который отсиживается по тылам (охраняя заключённых — сплошь невинно осужденных) и в заградительном отряде, расстреливающем из пулемётов и автоматов безоружных красноармейцев. Вот только несколько подобных шедевров: «Штрафбат», «Диверсант», «Московская сага», «Дети Арбата», «Курсанты», «Благословите женщину» и т. д., их число множится с каждым годом. Причём эти фильмы показывают в самое лучшее время, они собирают значительную зрительскую аудиторию. Практические единственный нормальный фильм о роли СМЕРШ в войне – это фильм Михаила Пташука «В августе 44-го». Чекиста хлебом не корми — дай кого-нибудь расстрелять под надуманным предлогом. При этом, как правило, стандартный особист — это садист, полный мерзавец, пьяница, трус и т. п. Ещё один любимый ход кинематографистов – это показать чекиста в контрасте. Для этого в фильм вводится образ доблестно сражающегося командира (бойца), которому всячески мешает представитель НКВД. Часто этот герой из числа ранее осужденных офицеров, или даже «политических». Трудно представить подобное отношение к танкистам или лётчикам. Хотя бойцы и командиры НКВД, военной контрразведки – это военное ремесло, без которого не обходится ни одна армия мира.

В условиях войны информация приобретает особое значение. От того, чем больше ты знаешь о противнике и чем меньше он о твоей армии, экономике, населении, науке и технике, зависит, победишь ты или потерпишь поражение. Защитой информации занимается контрразведка. Бывает, что один-единственный разведчик или диверсант противника может причинить ущерб гораздо больший, чем целая дивизия или армия. Всего один пропущенный контрразведкой вражеский агент может обессмыслить труд значительного количества людей, привести к огромным людским и материальным потерям.
Если армия защищает народ и страну, то контрразведка саму эту армию и тыл. Причём, не только защищает армию от вражеских агентов, но и поддерживает её боеспособность. К сожалению, никуда не деться от того факта, что бывают слабые люди, морально неустойчивые, это приводит к дезертирству, предательству, появлению панических настроений. Особенно эти явления проявляются в критических условиях. Кто-то должен вести планомерную работу по пресечению таких явлений и действовать весьма жёстко, это война, а не курорт. Подобная работа – это жизненная необходимость. Один вовремя не выявленный предатель, или трус, может погубить целое подразделение, сорвать выполнение боевой операции. Так, уже к 10 октября 1941 года оперативными заслонами особых отделов и заградительными отрядами Народного комиссариата внутренних дел (были ещё и армейские заградотряды, созданные после приказа №227 от 28 июля 1942 года) были задержаны 657 364 бойцов и командиров Красной Армии, отставших от своих частей или бежавших с фронта. Из этого числа подавляющая масса была отправлена обратно на передовую (по мнению же либеральных пропагандистов, их всех ждала смерть). Были арестованы 25 878 человек: из них шпионов — 1 505, диверсантов — 308, дезертиров — 8 772, самострельщиков — 1 671.

Контрразведчики выполняли и массу других важных функций: выявляли вражеских диверсантов и агентов в прифронтовой полосе, готовили и забрасывали в тыл опергруппы, вели с противником радиоигры, передавая им дезинформацию. НКВД сыграло ключевую роль в организации партизанского движения. Сотни партизанских отрядов были созданы на основе заброшенных в тыл противнику оперативных групп. Смершевцы проводили спецоперации при наступлении советских войск. Так, 13 октября 1944 года в еще удерживаемую гитлеровцами Ригу проникла оперативная группа УКР «Смерш» 2-го Прибалтийского фронта в составе 5 чекистов под командованием капитана Поспелова. Опергруппа имела задачу захватить архив и картотеки немецкой разведки и контрразведки в Риге, которую гитлеровской командование собиралось эвакуировать при отступлении. Смершовцы ликвидировали сотрудников абвера и смогли продержаться до вступления в город передовых частей РККА.

Архивные данные и факты опровергают широко запущенный в оборот «чёрный миф» о том, что НКВД и СМЕРШ всех без разбору бывших пленных записывали во «враги народа», а затем расстреливали или отправляли в ГУЛАГ. Так, А.В. Меженько привел интересные данные в статье «Военнопленные возвращались в строй» (Военно-исторический журнал. 1997, №5). В период с октября 1941 года по март 1944 года в спецлагеря для бывших военнопленных попало 317 594 человек. Из них: 223 281 (70,3%) было проверено и направлены в Красную Армию; 4 337 (1,4%) — в конвойные войска Наркомата внутренних дел; 5 716 (1,8%) — в оборонную промышленность; 1 529 (0,5%) убыло в госпитали, 1 799 (0,6%) умерло. В штурмовые (штрафные) подразделения направлено 8 255 (2,6%). Надо отметить, что вопреки домыслам фальсификаторов, уровень потерь в штрафных частях был вполне соотносим с обычными подразделениями. Было арестовано — 11 283 (3,5%). В отношении остальных 61 394 (19,3%) проверка продолжалась.

После войны ситуация принципиально не изменилась. Согласно данным Госархива РФ (ГАРФ), которые приводит И. Пыхалов в исследовании «Правда и ложь о советских военнопленных» (Игорь Пыхалов. Великая оболганная война. М., 2006), к 1 марта 1946 г. было репатриировано 4 199 488 советских граждан (2 660 013 гражданских лиц и 1 539 475 военнопленных). В результате проверки, из гражданских лиц: 2 146 126 (80,68%) были направлены к месту проживания; 263 647 (9,91%) зачислены в рабочие батальоны; 141 962 (5,34%) призваны в Красную Армию и 61 538 (2,31%) были расположены на сборно-пересыльных пунктах и использовались на работах при советских военных подразделениях и учреждениях за границей. Переданы в распоряжение Народного комиссариата внутренних дел — только 46 740 (1,76%). Из числа бывших военнопленных: 659 190 (42,82%) были повторно призваны в РККА; 344 448 человек (22,37%) зачислены в рабочие батальоны; 281 780 (18,31%) отправлены к месту проживания; 27 930 (1,81%) использовались на работах при воинских частях и учреждениях за границей. Было передано распоряжение НКВД – 226 127 (14,69%). Как правило, в НКВД передавали власовев и других коллаборационистов. Так, согласно инструкциям, которые имелись у начальников проверочных органов, из числа репатриантов подлежали аресту и суду: руководящий, командный состав полиции, РОА, национальных легионов и других аналогичных организаций, соединений; рядовые члены перечисленных организаций, которые принимали участие в карательных операциях; бывшие красноармейцы, добровольно перешедшие на сторону противника; бургомистры, крупные чиновники оккупационной администрации, служащие гестапо и других карательных и разведывательных учреждений и т. д.

Ясно, что большинство из этих людей заслуживали самого строго наказания, вплоть до высшей меры. Однако «кровавый» сталинский режим в связи с Победой над Третьим рейхом проявил к ним снисхождение. Коллаборационисты, каратели и предатели были освобождены от уголовной ответственности за измену Родине, и дело ограничилось отправкой их на спецпоселение сроком на 6 лет. В 1952 году значительная часть из них была освобождена, причем в их анкетах не значилось никакой судимости, а время работы во время ссылки было записано в трудовой стаж. В ГУЛАГ направили только тех пособников оккупантов, у которых выявили серьёзные конкретные преступления.

Роль частей НКВД в войне не ограничивалась выполнением сугубо специальных, узкопрофессиональных задач. Тысячи чекистов честно исполнили свой долг до конца и погибли в схватке с врагом (всего во время войны погибло около 100 тыс. бойцов НКВД). Первыми приняли удар вермахта ранним утром 22 июня 1941 года пограничные части НКВД. Всего в этот день в бой вступили 47 сухопутных и 6 морских погранотрядов, 9 отдельных пограничных комендатур НКВД. Немецкое командование выделило на преодоление их сопротивления полчаса. А советские пограничники дрались часами, сутками, неделями, часто в полном окружении. Так, застава Лопатина (Владимир-Волынский погранотряд) 11 суток отражала атаки многократно превосходящих сил врага. Кроме пограничников на западной границе СССР несли службу соединения 4 дивизий, 2 бригад и ряда отдельных оперативных полков НКВД. Большинство из этих частей вступило в бой с первых же часов Великой Отечественной войны. В частности, личные составы гарнизонов, которые охраняли мосты, объекты особой государственной важности и т. д. Героически бились пограничники, защищавшие знаменитую Брестскую крепость, в том числе 132-й отдельный батальон войск НКВД.

В Прибалтике на 5-й день войны была сформирована 22-я мотострелковая дивизия НКВД, которая сражалась совместно с 10-м стрелковым корпусом РККА под Ригой и Таллинном. В битве за Москву приняли участие семь дивизий, три бригады и три бронепоезда войск НКВД. В знаменитом параде 7 ноября 1941 года участвовала дивизия им. Дзержинского, сводные полки 2-й дивизии НКВД, отдельная мотострелковая бригада особого назначения и 42-я бригада НКВД. Важную роль в обороне советской столицы сыграла Отдельная мотострелковая бригада особого назначения (ОМСБОН) Наркомата внутренних дел, которая создавала минно-взрывные заграждения на подступах к городу, проводила диверсии в тылу противника и т. д. Отдельная бригада стала учебным центром подготовки разведывательно-диверсионных отрядов (их формировали из сотрудников НКВД, иностранцев-антифашистов и добровольцев-спортсменов). За четыре года войны в учебном центре подготовили по специальным программам 212 групп и отрядов общей численностью 7 316 бойцов. Эти соединения провели 1 084 боевые операции, ликвидировали примерно 137 тыс. гитлеровцев, уничтожили 87 руководителей немецкой оккупационной администрации и 2 045 немецких агентов.

Отличились чекисты и в обороне Ленинграда. Здесь сражались 1-я, 20-я, 21-я, 22-я и 23-я дивизии внутренних войск. Именно войска НКВД сыграли важнейшую роль в налаживании сообщения между окружённым Ленинградом и Большой землей — в строительстве Дороги жизни. Силами 13-го мотострелкового полка НКВД за месяцы первой блокадной зимы по Дороге жизни было доставлено в город 674 т различных грузов и вывезено из него более 30 тыс. человек, преимущественно детей. В декабре 1941 года 23-я дивизия войск НКВД получила задачу охранять доставку грузов по Дороге жизни.
Огромную, фактически решающую роль сыграли бойцы НКВД при обороне Сталинграда. Первоначально главной боевой силой в городе была 10-я дивизия НКВД общей численностью 7,9 тыс. человек. Командиром дивизии был полковник А. Сараев, он являлся начальником Сталинградского гарнизона и укрепрайона. 23 августа 1942 года полки дивизии держали оборону на фронте в 35 километров. Дивизия отбила попытки передовых частей 6-й немецкой армии с ходу взять Сталинград. Наиболее яростные бои были отмечены на подступах к Мамаеву кургану, в районе тракторного завода и в центре города. До вывода обескровленных частей дивизии на левый берег Волги (через 56 дней боёв) бойцы НКВД нанесли значительный урон противнику: было подбито или сожжено 113 танков, ликвидировано более 15 тыс. солдат и офицеров вермахта. 10-я дивизия получила почётное наименование «Сталинградская» и была награждена орденом Ленина. Кроме того, в обороне Сталинграда участвовали и другие части НКВД: 2-й, 79-й, 9-й и 98-й погранполки войск охраны тыла.

Зимой 1942—1943 гг. Наркоматом внутренних дел была сформирована Отдельная армия в составе 6 дивизий. В начале февраля 1943 г. Отдельная армия НКВД была передана на фронт, получив наименование 70-й армии. Армия вошла в состав Центрального фронта, а затем 2-го и 1-го Белорусского фронтов. Бойцы 70-й армии проявили мужество в Курской битве, в числе других сил Центрального фронта остановив ударную группировку гитлеровцев, которая пыталась прорваться к Курску. Армия НКВД отличилась в Орловской, Полесской, Люблин-Брестской, Восточно-Прусской, Восточно-Померанской и Берлинской наступательных операциях. Всего за время Великой войны войска НКВД подготовили и передали Красной Армии из своего состава 29 дивизий. В ходе войны 100 тыс. солдат и офицеров войск НКВД были награждены медалями и орденами. Более двухсот человек были удостоены звания Героя СССР. Кроме того, внутренние войска Наркомата за период Великой Отечественной войны провели 9 292 операции по борьбе с бандитскими группировками, в результате них было ликвидировано 47 451 и захвачено 99 732 бандита, а всего обезврежено 147 183 преступников. Пограничники в 1944—1945 гг. уничтожили 828 банд общей численностью около 48 тыс. преступников.

Многие слышали о подвигах советских снайперов в годы Великой Отечественной войны, но мало кто знает, что большинство из них было из рядов НКВД. Ещё до начала войны части НКВД (подразделения по охране важных объектов и конвойные войска) получили снайперски отделения. По некоторым данным, снайперы НКВД во время войны уничтожили до 200 тыс. солдат и офицеров противника.

Из истории Великой Отечественной войны нам хорошо знакома знаменитая восточно-прусская наступательная операции Красной Армии, проведенная 3-м Белорусским фронтом в начале апреля 1945 года на территории Восточной Пруссии. Её заключительным этапом стал штурм города-крепости Кенигсберг, который завершился взятием этой германской цитадели 9 апреля 1945 года. Некоторые подробности штурма Кенигсберга до сих пор вызывают вопросы у исследователей. Так, например, выясняется, что довольно большой вклад в общую победу над врагом в ходе боев за город-крепость внесли войска НКВД СССР.

Почему до сих пор не известны подробности участия войск НКВД непосредственно в штурме самой крепости и в той спецоперации, проведенной этими войсками по зачистке города от остатков германского гарнизона сразу же после окончания штурма Кенигсберга? По всей видимости, при подготовке к штурму Кенигсберга высшее советское командование хорошо себе представляло и учитывало при планировании операции все особенности ведения боевых действий в условиях огромного европейского города, какие могут возникнуть при этом проблемы, для оперативного разрешения которых было необходимо применение спецвойск. Вероятно, именно поэтому и было приняло решение привлечь к участию в этом штурме, а также в последующем наведении порядка на территории непосредственно самого Кенигсбергского укрепленного района специальной группировки войск НКВД СССР.

Простому обывателю, благодаря информационной шелухе перестроечных и постперестроечных времен, в своем большинстве известно только то, что данные войска занимались тем, что охраняли тюрьмы да лагеря, ну и, конечно же, в обязательном порядке входили в состав мифических заградотрядов, однако то, что бойцы в зеленных и синих фуражках обеспечивали в ходе всей войны охрану тыла действующей армии, а зачастую принимали участие и непосредственно в боях на передовой в рядах Красной Армии, теперь об этом мало кто знает. Перестроечный негатив и чернуха сделали свое гнусное дело, облив грязью память о тысячах бойцов и командиров этих поистине легендарных войск.

В начале апреля 1945г. войска НКВД СССР и три оперативные группы аппарата Уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии приняли непосредственное участие в боевых действиях в составе войск фронта по овладению советскими войсками столицей Восточной Пруссии — Кенигсбергом. Из статей авторской рукописи Ю.Ржевцева, одного из немногих, кто серьезно исследовал данный вопрос известно, что всего для штурма Кенигсберга были задействованы следующие части войск НКВД:

«Отдельные полки пограничных войск: 13-й Виленский (действовал в полосе 39-й армии), 31-й ордена Красной Звезды (действовал в полосе 11-й гв. и 50-й армий), 33-й ордена Красной Звезды (действовал в полосе 11-й гв. армии), 86-й (действовал в полосе 43-й и 50-й армий), 132-й Минский (действовал с рассвета 9 апреля – в полосе 11-й гв. армии) и 217-й (занимался охраной тыла по периметру города и выполнял военно-конвойные функции по отношению к немецким военнопленным); отдельные маневренные группы пограничных войск: 102-я и 104-я ( сектора, в которых они действовали, пока неизвестны), данная маневренная группа представляла из себя обыкновенный стрелковый батальон, иногда усиленный минометной батареей; части внутренних войск: 108-й стрелковый полк ВВ НКВД СССР (подробности его боевой деятельности также пока неизвестны). В штурме также принимали участие три сводных чекистско-войсковых отряда (действовали по одному в полосе наступления 11-й гвардейской, 43-й и 50-й армий).

Как видим, большая часть группировки войск НКВД, привлекаемой к штурму, составляли, в основном, пограничные войска. Как показала война, пограничники всегда умели хорошо воевать. И как показали дальнейшие события, они еще раз подтвердили это свое умение. В ходе участия непосредственно в штурме тактика действий спецвойск НКВД на поле боя была следующей: двигаясь сразу за цепями армейской пехоты части и подразделения погранвойск и внутренних войск занимались ликвидацией остававшихся в нашем тылу очагов вооружённого сопротивления противника, то есть уничтожали или пленили всех тех вражеских солдат, которые уцелели на первом этапе штурма, затаились и пытались в дальнейшем обстреливать ближние тылы наших наступающих частей. Выписки из исторических формуляров пограничных полков свидетельствуют о том, что немцев в наших тылах с оружием в руках находилось множество. Например, документы свидетельствуют, что только одна ПОГЗ лейтенанта Чуклинова, двигаясь сразу за спинами пехотинцев, в условиях тяжёлых уличных боёв выявила и пленила 1845 спрятавшихся от надвигающегося возмездия в подвалах, подземных коммуникациях и на чердаках гитлеровцев, среди которых оказалось немало и власовцев. ПОГЗ старшего лейтенанта Маврина, действуя в оперативном тылу 36-го гвардейского стрелкового корпуса, уже на отбитых у противника улицах, автоматным и гранатным огнём оперативно зачищала дома, в которых продолжали сохраняться очаги вооружённого сопротивления, так только пленными в ходе решительных действий «зеленых фуражек» было захвачено 778 немецких военнослужащих, из которых 82 были офицерами.

Только одним 33-м погранполком в ходе штурма Кёнигсберга было пленено свыше 3-х тыс. вражеских солдат и офицеров. Кроме того, были изобличены и задержаны сто восемьдесят пять членов нацистской партии и иных организаций фашистского толка. Порой в те дни обстановка на улицах Кенигсберга складывалась так, что было непонятно, где был тыл, а где фронт, — боевые действия шли повсюду. Нередко в связи со сложившейся обстановкой части НКВД действовали и впереди армейских частей, это предпринималось, в основном, в целях захвата наиболее важных объектов. Так, ПОГЗ младшего лейтенанта Мацюка из состава 1-го стрелкового батальона капитана Трофимова, не дожидаясь окончания в этом районе города уличных боёв, броском преодолела зону интенсивного огня противника и достигла здания государственного банка. В результате последний оказался захваченным ею со всеми находившимися внутри ценностями и денежно-валютными запасами всей Восточной Пруссии.

Участвовали в штурме и специальные подразделения НКВД — своеобразный спецназ того времени, действия которого, в основном, были направлены на захват вражеских органов управления и разведки, выявление и захват тех немецких военнослужащих и нацистских партийных чиновников, чьи показания могли потенциально представлять повышенный оперативный интерес. Следующей задачей войск НКВД была охрана главных коммуникаций наступающих войск. Территория города была огромной, везде болталось огромное количество немецких солдат, метались потерявшие управление подразделения, а то даже и целые части деморализованных германских войск. Именно нейтрализацией всего этого разбитого немецкого войска и занимались бойцы-чекисты. Они в начале обезоруживали солдат противника, а затем доставляли их на пункт сбора пленных, то есть выполняли военно-конвойные функции. Пленных в Кенигсберге было захвачено не мало, почти 90 тыс. человек.

Так, из донесения начальника пункта приема военнопленных начальнику политуправления 50-й армии 14 апреля 1945 года известно, что: «Проследовало через пункт приема военнопленных 50-й армии в пос. Адл. Ноендорф 10-13 апреля 1945 года: генералов –6; старших офицеров –672; младших офицеров – 7342; унтер-офицеров и солдат – 83832». Все это плененное германское войско необходимо было охранять, сопровождать, перевозить, охранять, лечить, кормить и т.д. И всеми этими вопросами занимались также войска НКВД.

Необходимо было также поддерживать порядок и в непосредственном тылу наступающих советских частей. В освобожденных районах города и пригородах пресекать факты дезертирства, мародерства, издевательств над гражданским населением, военнопленными и т.д. Одного только вина в казематах и подвалах Кенигсберга было захвачено неимоверно, огромное количество другого имущества и трофеев, и все это небходимо было также охранять, следить, чтобы не растащили и элементарно не разграбили.

Еще один малоизвестный эпизод, связанный со штурмом Кенигсберга, — это действия спецвойск ОСНАЗ, которые также входили в то время в состав войск НКВД. Из статей Ю.Ржевцева известно, что их главной задачей было ведение круглосуточного наблюдения за основными радиосетями противника с целью выявления основных и запасных частот вражеских радиостанций, мест расположения этих самых радиостанций, их войсковой принадлежности и режимов работы, а в последующем – и подавления путём выставления мощных радиопомех в эфире. Так, в течение первых суток штурма советскими войсками города-крепости Кенигсберг главная радиостанция окруженного гарнизона пыталась последовательно вести передачи на сорока трёх частотах, но во всех случаях совершенно безуспешно, ибо каждая новая частота тут же забивались советскими средствами радиоподавления. Через сутки с небольшим, после окончания штурма и начала сдачи в плен германского гарнизона Кенигсберга в период с 11 по 19 апреля 1945 года войсками НКВД СССР с целью окончательного подавления вооружённого сопротивления гитлеровских войск, отказавшихся признать акт капитуляции, была произведена широкомасштабная спецоперация по зачистке Кенигсберга. Фактически это был своеобразный второй штурм Кёнигсберга. Для этого комиссаром госбезопасности 1 ранга В.С. Абакумовым и генерал-лейтенантом И.С. Любым были привлечены: три полка пограничных войск: 31-й (действовал в центральном секторе правобережной части города — от современного проспекта Мира до улица Гагарина); 33-й (действовал в западном секторе левобережной части — от Понарта до современной улицы Киевская); 86-й (действовал в западном секторе правобережной части — от Метгетена до современного проспекта Мира). От внутренних войск приняла участие 57-я стрелковая дивизия ВВ НКВД СССР, ее зона ответственности включала в себя весь восточный сектор по обоим берегам Прегели – от современной улицы Киевской до улицы Гагарина. И вот почти что сразу после окончания штурма войска приступили к зачистке территорий внутри и вокруг фортов, в подземельях и казематах, а также в уцелевших домах и на улицах среди развалин Кенигсберга. Операция проводилась в исключительно сложной обстановке. Город находился в руинах, на юг и на запад в ночное время постоянно прорывались мелкие группы немецких солдат и офицеров, взрывались боеприпасы, оставленные в горящих зданиях и мины замедленного действия. То и дело, особенно в подземельях и фортах, войска наталкивались на укрывавшихся там фашистов, в результате то там, то тут вспыхивали ожесточенные боестолкновения, переходящие иногда даже в рукопашные схватки не на жизнь, а на смерть. Противниками пограничников и бойцов стрелковых полков НКВД, в основном, оказывались матерые эсесовцы, которым, как правило, терять было нечего. Однако Брестской крепости немцы из Кенигсберга создать так и не смогли, хотя во всей округе было расположено множество бункеров, подземелий, крепостных фортов и других сооружений где было складировано и в дальнейшем брошено множество различного имущества, продовольствия, оружия и боеприпасов, то есть в крепостных сооружениях можно было надежно спрятаться и действуя как Бресте или в крымских пещерах, используя партизанскую тактику воевать против врага неделями, а то и месяцами, однако, как показали дальнейшие события, немцы это не русские у них был совершенно другой менталитет.
В итоге за неделю силами войск НКВД в Кенигсберге было проведено несколько крупных спецопераций, в результате которых только личным составом одного 31-го погранполка было захвачено и пленено в общей сложности 1555 солдат и офицеров противника плюс выявлены, обезврежены и переданы в руки военных контрразведчиков 495 военных преступников, 35 активных членов нацистской партии, пять сотрудников гестапо. При этом в качестве трофеев было захвачено 2783 винтовки и карабина, 203 пулемета, 15 автоматов, множество боеприпасов и другого военного имущества.
Потери Красной Армии и войск НКВД, понесенные ими в ходе штурма Кенигсберга, так до сих пор и остаются неизвестными.

Из статьи авторской рукописи Ю.Ржевцева:

«КЁНИГСБЕРГСКИЕ» ЧАСТИ НКВД СССР
Приказом Верховного Главнокомандующего № 084 от 17 мая 1945 года «за образцовое выполнение заданий командования в боях с фашистскими захватчиками при овладении городом и крепостью Кёнигсберг и проявленные при этом доблесть и мужество» воинского почётного наименования «Кёнигсбергские» были удостоены девяносто восемь объединений, соединений и воинских частей советских Вооружённых Сил, в том числе шесть от Наркомата внутренних дел СССР. Это:

– 3-й отдельный Кёнигсбергский ордена Красной Звезды дивизион специальной службы внутренних войск НКВД СССР (командир – майор Чернов Геннадий Сергеевич);

— 131-й отдельный Кёнигсбергский ордена Красной Звезды радиодивизион ОСНАЗ (командир – подполковник Петров Владимир Алексеевич);

— 474-й отдельный Кёнигсбергский ордена Красной Звезды радиодивизион ОСНАЗ (командир – подполковник Серёгин Иван Кондратьевич);

— 31-й пограничный Кёнигсбергский ордена Красной Звезды полк войск НКВД СССР (командир — подполковник Котов Сергей Николаевич);

— 33-й пограничный Кёнигсбергский ордена Красной Звезды полк войск НКВД СССР (командир – майор Зотов Николай Константинович);

— 86-й пограничный Кёнигсбергский полк войск НКВД СССР (командир – майор Марихин Павел Аполлонович).

По воинским формированиям НКВД СССР данный приказ Верховного Главнокомандующего был объявлен приказом № 0132 от 24 мая 1945 года генерального комиссара госбезопасности Лаврентия Павловича Берия.

Андрей Ведяев